Как в Украине ищут убийц «Небесной сотни»
Спустя два с лишним месяца после смены власти расследование февральского расстрела на Институтской и прочих преступлений, совершенных бывшей властью против майдановцев, почти не сдвинулось с места. Украина будет вечно помнить погибших героев Небесной сотни , но может так и не узнать всех исполнителей преступных приказов о расстреле
Созданная в середине января парламентская следственная комиссия, которая призвана разобраться со всеми преступлениями, совершенными правоохранителями против активистов Майдана и журналистов, пока не может похвастать особыми успехами. На ее очередное заседание в среду, 23 апреля, из всех членов комиссии пришел только глава ВСК, нардеп от Батькивщины Геннадий Москаль и свободовец Олег Боднарчук.
Главный вопрос повестки дня – расстрел митингующих на Майдане и на Институтской 18-20 апреля. Для пояснений были вызваны руководители рот специального назначения внутренних войск Дмитрий Корженко и Алексей Ярош. Оба рассказали, что их подразделения приехали в столицу из мест постоянной дислокации (Одесса и Донецк соответственно), но никакого участия в боях с майдановцами не принимали. По словам Корженко, его отряд с начала января занимался исключительно охраной резиденции Межигорье.
«Ох, сколько ж это людей Межигорье-то охраняло. Если б их всех тогда на Майдан, то мы б до сих при власти Януковича жили…» - грустно пошутил Москаль.
Из объяснений Корженко следовало, что его рота, в которой служило четыре профессиональных снайпера, выехала в Межигорье безоружной, и уже на месте получила автоматы Калашникова и пистолеты Макарова.
Ярош, в свою очередь, признал, что его бойцы в разгар боев на Майдане находились почти на месте событий – во внутреннем дворике Кабинета министров, откуда, по словам командира, отлучались «только чтобы купить себе пообедать». Какую-либо причастность к расстрелам майдановцев офицер ВВ тоже отрицал напрочь, как и наличие у его роты снайперских винтовок.
С этим оружием, из которого было расстреляно множество протестующих, случилась странная история. Как рассказал комиссии Константин Хуршудян, руководитель компании «Тактические системы», еще в 2012 году МВД закупило у его фирмы несколько десятков спортивно-охотничьих винтовок.
Впоследствии, на украинском заводе «Форт» они были переделаны под снайперские - Хуршудян доказывал, что это было сделано абсолютно законно – и впоследствии были переданы в роты спецназначения внутренних войск. Но, самое главное, до сих пор, спустя два месяца после расстрела Майдана, ни одна из этих винтовок не изъята на экспертизу.
«Все дело в новом уголовно-процессуальном кодексе, он усложняет все процедуры», - объяснял начальник уголовного розыска МВД Украины Василий Паскал, который, к слову, после смены власти остался в своем кресле, которое он занимает еще с 2011 года.
Читайте также: Аваков отправил в Мукачево спецназ и Нацгвардию
Он рассказал, что «70-80%» расстрелянных майдановцев были сквозные пулевые ранения, и ни самих пуль, ни гильз, не сохранилось. Следовательно, объяснил Паскал, доказать причастность конкретных сотрудников МВД к убийствам почти невозможно – для этого надо доказать связь конкретной пули с конкретным смертельным ранением, потом доказать, что эта пуля была выпущена из конкретной винтовки, а потом – что на курок этой винтовки нажал конкретный человек в милицейской форме.
Очевидно, расследовать всю эту цепочку практически невозможно. Тем более, некстати «постарались» некоторые активисты Майдана, которые вскоре после победы решили затеять уборку на баррикадах и вокруг них, тем самым уничтожив ценнейшие вещдоки.
Тем не менее, Паскал несколько раз пообещал Москалю и журналистам, что «работа ведется» и «все будет расследовано». Эти же фразы он постоянно повторял в ответ на расспросы главы комиссии о прочих преступлениях, совершенных против активистов Майдана: похищения людей, поджоги машин, поджег Дома Профсоюзов, избиения и расстрел журналистов (всего пострадало более двух сотен работников СМИ), убийство Сергея Нигояна и его товарищей во время боев на улице Грушевского, избиение майдановцев «Беркутом» возле Администрации президента 1 декабря прошлого года и т.д.
В сухом остатке милиция пока добилась немногого. Вроде бы установлены люди, избившие нардепа от Свободы Андрея Ильенко и адвоката Серегя Кизина на улице Прорезной, в суд передано дело о пытках в отношении казака Гаврилюка – и все.
Москаль пытался узнать, как расследуется дело о похищение экс-лидера Автомайдана, а ныне главы Минмолодежьспорта Дмитрия Булатова. Паскал замялся. «Так было похищение или нет?» - настаивал Москаль. «Дело возбуждено – значит, было похищение», - последовал неубедительный ответ.
Сама же комиссия Москаля пока что разобралась только с одним делом – о разгоне студенческого Евромайдана 30 ноября прошлого года, что стало катализатором всех дальнейших событий. Как утверждает Москаль, было доказано существование преступной группировки во главе с экс-главой МВД Виталием Захарченко, куда входили его заместитель Виктор Ратушняк и ряд других бывших сотрудников милиции, в частности, хорошо известный столичным активистам экс-начальник киевского «Беркута» Сергей Кусюк.
Но полномочия ВСК априори ограничены – в своей деятельности она полностью зависима от силовых структур. «Расследования со стороны правоохранительных органов, на мой взгляд, не ведется. Все списывается на напряженную ситуацию на Востоке Украины – дескать, если заострять тему расследования событий на Майдане, это помешает восточноукраинским правоохранителям полноценно работать сейчас», - рассказал журналистам Москаль после заседания ВСК.
«Да мы такими темпами сто лет будем расследовать», - констатировал он в ответ на очередные оправдания главы угрозыска Паскала. И, судя по всему, это расследование ничем так и не закончится.
Автор: Милан Лелич, Фокус