Судебная система Украины снова оказалась в центре громкого скандала из-за неоднозначной трактовки норм права. Решение судьи Василия Волошина от 28 апреля 2026 г. по делу о защите чести, достоинства и деловой репутации стало предметом активного обсуждения в юридической среде.
Причиной стала позиция суда по публикациям в Facebook, в которых истца прямо обвиняли в незаконном отчуждении коммунального имущества. Об этом пишет "Апостроф".
В центре дела оказались сообщения Дмитрия Перова, который в соцсетях заявлял о якобы "незаконном отчуждении здания коммунальной собственности" и "выведении из собственности территориальной общины" относительно объекта на улице Ивана Франко, 26 в Киеве. При этом истец не имеет статуса подозреваемого или обвиняемого ни в каком уголовном производстве, а обвинительный приговор в его отношении отсутствует.
При этом судья Волошин пришел к выводу, что подобные высказывания являются лишь "оценочными суждениями", а не утверждениями о фактах. Конкретно этот подход и вызвал волну критики посреди юристов.
Юристы обращают внимание, что фразы о "незаконном отчуждении" фактически содержат прямое обвинение в совершении уголовного преступления. По их мнению, подобные утверждения можно проверить и подтвердить или опровергнуть документально, поэтому они не подпадают под определение оценочных суждений.
Отдельно критику вызывал вопрос соблюдения принципа презумпции невиновности. Согласно Конституции Украины, лицо не может считаться виновным в преступлении до вступления в законную силу обвинительного приговора суда. В то же время, решение по этому делу, по мнению критиков, фактически допускает возможность публичного обвинения без надлежащих доказательств и решения суда.
В материалах дела, как отмечается, был предоставлен нотариально удостоверенный договор купли-продажи, заключенный с органами коммунальной собственности. Документ подтверждал законность передачи здания. Однако суд не признал распространенную информацию недостоверной.
Также в публикации обращается внимание на то, что законность строительства по ул. Франко, 26 ранее уже подтверждалась судебными решениями, а сам проект имел согласование Министерства культуры и КГГА. Тем не менее, суд не учел эти обстоятельства как преюдиционные факты.
Отдельные вопросы возникли и к процессуальной стороне рассмотрения дела. В частности, отмечается, что отзыв ответчика был подан с просрочкой почти на 40 дней. В то же время суд все же учел этот документ при принятии решения.
Кроме того, критики решения отмечают, что ответчик ссылался преимущественно на информацию из открытых интернет-источников и сайта opendatabot.ua, однако суд не проверил должным образом достоверность этих данных, хотя закон возлагает такую обязанность на лицо, распространяющее информацию.
Также дискуссию вызвала позиция суда по поводу статуса истца. Суд фактически не признал его публичным лицом, однако в то же время значительно расширил пределы допустимой критики в его адрес.
В решении упоминается и практика Европейского суда по правам человека, в частности, дело "Guja v. Moldova", касающееся свободы слова и общественного интереса. Однако оппоненты решения отмечают: даже общественный интерес не освобождает от обязанности проверять достоверность информации перед ее распространением.
Еще одним спорным моментом стало использование судом приказа 1994 №10 в качестве доказательства памятникоохранного статуса здания. По словам критиков, в материалах дела не было подтверждения этого документа.
Авторы публикации также упоминают журналистские материалы о семье судьи Волошина и проводят параллели с самим решением суда. Они иронически отмечают, что, по логике суда, подобные утверждения также могут рассматриваться как "оценочные суждения".
По мнению критиков, решение создает опасный прецедент, при котором любые публичные обвинения в уголовных действиях могут оставаться безнаказанными, если их представить в виде субъективной оценки.
Пока Василий Волошин в зале суда расширяет границы допустимой критики для других, он, похоже, очень тщательно оберегает собственный информационный комфорт. В то же время, журналистские расследования формируют довольно противоречивый образ самого служителя Фемиды. В публикациях упоминается и его жена Вита Анатольевна Волошина, бывшая чиновница Верховного Суда, во время войны получавшая государственную денежную помощь, несмотря на отсутствие очевидной потребности в такой поддержке.
Можно ли на основании этих фактов делать выводы о возможном необоснованном получении государственных средств семьей судьи? Если руководствоваться логикой самого решения Волошина, то подобные заявления вполне можно рассматривать как "оценочные суждения", которые не нуждаются в доказывании и не нарушают права личности.
Критики решения отмечают, что такой подход может стать опасным сигналом для информационных манипуляций и публичных кампаний дискредитации. Ведь фактически любое обвинение в соцсетях можно представить как "субъективную оценку" и избежать ответственности.
В завершение следует упомянуть еще одну деталь: в решении судья посоветовал истцу воспользоваться "правом на ответ" вместо судебной защиты. Именно поэтому авторы материала заявляют, что и этот текст является их субъективным оценочным суждением профессиональной деятельности судьи Волошина и принятого им решения.
Напомним,
- Подольский районный суд Киева выступил с официальным разъяснением, в котором опроверг информацию, обнародованную в Facebook активистом Дмитрием Перовым.
В заявлении отмечается: распространенные утверждения не отвечают реальным судебным решениям по двум отдельным делам.
- Конфликт вокруг реставрации исторического дома на Андреевском спуске, 18 набирает обороты. Так называемый активист Дмитрий Перов в соцсетях заявил о "разрушении памятника" и обвинил застройщика в уничтожении интерьеров и аутентичных деталей, а профильный Департамент КГГА выдал предписание остановить работы. Но действительно ли речь идет об уничтожении исторического здания или об очередной информационной атаке?
Присоединяйся к нашей армии антикоррупционеров! Подписывайся на нас в Telegram , WhatsApp , Facebook , Youtube , Twitter , Instagram и TikTok !
